Сейчас можно говорить о том, что в современном массовом сознании уже укоренился определенный образ берсерка. В этой статье мы попытаемся обозначить основные черты этого образа, а затем показать те псевдоисторические мифы, которые возникли вследствие разночтений в интерпретации данных характеристик. Это позволит точнее оценить значение немногочисленных появлений берсерка в массовой культуре и разговорной речи.
Кем были берсерки?
Во-первых, определим этот термин. Такие знаменитые издания, как Большая советская энциклопедия[1] и Энциклопедия Брокгауза-Ефрона[2] приводят следующее определение:
«Берсеркер (скандинав, от ber — медведь и serker — рубаха, шкура) — герой скандинавской мифологии Ангрим, по рассказу Снорри, внук восьмирукого Старкадра и красавицы Альфильды, воин, обладавший сверхчеловеческой силой. От своей супруги, дочери короля Свафурлама, он имел 12 сыновей, отличавшихся такой же силой и яростной жаждой битв и потому называвшихся Б-ми. Вследствие ошибочного производства этого слова от ber — голый, нагой — Снорри описывает их воинами без панциря и шлема, побеждавшими исключительно своей силой. К такому сказанию подали повод "Берсеркиры", дикие, свирепые люди, первоначально носившие звериные шкуры (называемые вследствие этого также Ulfbedhnar, т. е. носящие волчьи шкуры), в которых они бросались на врагов. Берсеркерство — стихийная жажда битв и приключений, которая влекла норманнов в отдаленные походы.»
Википедия пишет:
«Берсе́рк или берсе́ркер (нем. Berserker) — в древнегерманском и древнескандинавском обществе воин, посвятивший себя богу Одину. Перед битвой берсерки приводили себя в ярость. В сражении отличались неистовостью, большой силой, быстрой реакцией, нечувствительностью к боли. Их действия зачастую носили нерациональный характер. Берсерки не признавали щит и доспехи, сражаясь в одних рубахах или обнаженными по пояс. Сыновья датского конунга Кнуда — берсерки — плавали на отдельном драккаре, так как их боялись другие викинги. Также считается, что берсерки владели мечом одинаково хорошо обеими руками.»
Как видим, уже в приведенных определениях появляются серьезные расхождения. Правда, Википедия уточняет, что «…старые песни были несколько приукрашены. Тем не менее бросается в глаза, что все описания изображают свирепых воинов, которые боролись с дикой, прямо-таки неистовой страстью.» и приводит упоминания берсерков в сагах, а также в описаниях Тацита.
Так как и первое[3] и последующие упоминания «берсерков» и намеки на них встречаются в сагах в разных контекстах, то это дало повод к разным трактовкам их роли в военизированном древнескандинавском социуме (эпические письменные источники Эпохи викингов могли описывать и более ранние периоды). Так, берсерки становятся то мифическими героями[4], то войсками особого назначения на службе конунгов[5], а то и вообще оборотнями (медведями, волками)[6]. Немалый вклад в мистифицирование этих легендарных воинов вносит и современная нео-языческая литература. Авторы некоторых статей на эту тему причисляют к рядам «русских берсерков» даже переяславца Демьяна Куденевича и рязанца Евпатия Коловрата.[7]
Мнения исследователей насчет трактовки этого термина также не сходятся. Несмотря на то, что и литературные и иные (напр. пластины из Торслунды[8]) источники изучаются на предмет берсерков с середины прошлого века[9], единых выводов до сих пор не было сделано. Мы не будем рассматривать результаты этих исследований в нашей статье, а посмотрим на их резонанс в массовом сознании.
В разговорной речи
Существует две основных этимологии слова «берсерк»[10]. Во-первых, общепринятое «медвежья шкура» (упомянутое уже скандинавское ber- и serkr ). Во-вторых «без рубахи» или «обнаженный» - этимология, считающаяся ошибочной[11] (от другого германского корня ber-).
Возможно, это слово так бы и осталось в терминологии скандинавистов, если бы на рубеже IXX и XX вв. англичане не воскресили его в художественной литературе и, позднее, не адаптировали к своей речи.
Оксфордский словарь так определяет слово «berserk»:
«berserk, pronunciation:/bəˈzəːk, -s-/, adjective – out of control with anger or excitement; wild or frenzied: a man went berserk with an arsenal of guns»
The free dictionary добавляет к этому и другие значения:
« adj.
1. Destructively or frenetically violent: a berserk worker who started smashing all the windows.
2. Mentally or emotionally upset; deranged: berserk with grief.
3. Informal Unrestrained, as with enthusiasm or appetite; wild: berserk over chocolates.
n.
1. One that is violent, upset, or unrestrained.
2. A berserker.»
Как видим, это слово стало нарицательным (во всем англоязычном мире) для людей, теряющих над собой контроль ввиду приступов гнева, горя или же аппетита. Употребляется, в основном, как прилагательное.
Впервые за долгое время (вероятно, с эпохи саг), оно появляется в книге Вальтера Скотта «Пират» (1822): «The berserkars were so called from fighting without armour.»[12] После этого, мало-помалу в употребление входит выражение «to go berserk». В сборнике Редьярда Киплинга «Самые разные существа» находим:
«'You went Berserk. I've read all about it in Hypatia .' 'What's “going Berserk”?' Winton asked. 'Never you mind,' was the reply…»[13]
В 1919 г. это выражение появляется в американской газете «La Crosse Tribune and Leader-Press»:
«With hungry Russians crowding in from the east, a hungry Germany may shortly toss its new conventions after the old and go berserk in the teeth of the cannon.»[14]
Это словосочетание вообще нередко употребляется журналистами в газетных статьях. Например так: «Cops say man went berserk after realizing he bought drinks for cross-dressers»[15] или так: « Drunken passenger 'went berserk' on flight»[16]. В обеих статьях речь идет о людях «вне себя». В первом случае, герой статьи впал в ярость от обиды, во втором – находился в состоянии крайнего алкогольного опьянения.
Словосочетание «to go berserk» встречается и в песенном творчестве, например в песне кантри-певца Рэя Стивенса «Mississippi Squirrel Revival»:
«The day the squirrel went berserk
In the First Self-Righteous Church
In that sleepy little town of Pascagoula…»
Появления в массовой культуре
Как ни странно, берсеркам уделяется на удивление мало места в современной художественной литературе и кинематографе, а большая часть упоминаний носит нарицательный характер и встречается в специфическом контексте. Примерами нарицаний могут служить книги американского фантаста Фреда Сейберхагена«Берсеркер», «Трон берсеркера» и пр., где берсеркером называется сверхумная машина; серия книг «Берсерки» российского фантаста Романа Злотникова; книга фантаста Вячеслава Кумина «Берсерк», где протагонист попадает в элитное военное подразделение с одноименным названием; наконец японские книги комиксов-манга в жанре фэнтези «Berserk», выходящие с 1980 года и, созданные на их основе аниме-сериал и компьютерная игра, где действие разворачивается в «средневековых» декорациях, а герой орудует двухметровым мечом.
Очевидно, что образ берсерка повсеместно эксплуатируется в практике писателей-фантастов, как зарубежных, так и отечественных. Очевидно также, что речь идет не о легендарных скандинавских безумцах, а о персонажах столь же фантастических сколь не имеющих отношения к германскому эпосу или фольклору. Образ этот стал неким литературным символом, и, возможно, еще породит какой-то новый аллегорический ряд.
Конечно «берсерки» встречаются в многочисленных компьютерных играх (уже упомянутый «Berserk», «Heroes of might and magic», некоторые другие) и карточных играх («Magic: The Gathering»), но их появление эпизодично, и, на наш взгляд, не играет значительной роли в формировании образа.
Произведения, где фигурируют «подлинные» берсерки, по всей видимости, можно пересчитать по пальцам. В первую очередь, это исторический роман Ольги Григорьевой «Берсерк», где действуют вполне историчные персонажи (славяне, скандинавы). Профессиональная спортсменка, Григорьева опубликовала свой первый исторический роман в 30 лет, после чего занялась изучением славянской и скандинавской истории. В результате выходит целая серия исторических романов на славяно-скандинавскую тематику, два из которых удостоились литературных премий – это роман «Набег» и сборник «Старая Ладога». Анализу романа «Берсерк», возможно, будет посвящена отдельная статья.
Также, берсерки фигурируют в романе «Гиперборея» Юрия Никитина, пишущего в жанре «славянское фэнтези». В романе Никитин описывает их внешность, повадки и тактику боя.
Если взглянуть на мировой кинематограф, то там положение берсерков и вовсе маргинальное. Практически ни в одном из многочисленных фильмов о викингах мы не встречаем ни берсерков, ни берсеркеров, ни оборотней. Исключение составляют недавно вышедшие «Valhalla rising» (Дания, Великобритания, 2009 г.) и «Ярослав: тысячу лет назад» (Россия, 2010 г.) – фильмы разительно отличающиеся друг от друга. Стоит сразу оговориться, что само слово «берсерк» ни разу не упоминается ни в одном из них, однако колорит действующих лиц (в «Ярославе» - антагониста, в «Валхалле» - протагониста) наводит на мысль, что режиссеры в обоих случаях не случайно ввели эти образы. В фильме «Valhalla rising» главным героем и источником всего нарратива является Одноглазый – воин-скандинав, взятый в плен и участвующий в поединках с другими пленниками на забаву своих пленителей (роль Мадса Миккельсена). Одноглазый, вырванный из контекста своего фильма и вставленный в какую-нибудь современную историческую драму вроде «Короля Артура» или «Орла девятого легиона», мог бы стать хрестоматийным голливудским берсерком. Он игнорирует боль, хладнокровно и беспощадно убивает противников, к тому же он – настоящий скандинав. Но «Валхалла» - картина философская, и все образы носят в ней символический характер. Совсем иное мы видим в отечественной кинокартине. В «Ярославе» роль условного берсерка отводится Алексею Кравченко – он играет некоего варяга Харальда на службе у князя Ярослава, по всей видимости не имеющего отношения к историческому Харальду. Фильм не представляет особенного художественного или исторического интереса (и рецензии критиков это подтверждают), однако, это единственная картина, в которой, как нам представляется, предпринята попытка изобразить норвежского воина в образе берсерка. В подтверждение этому можно привести сцену, где обнаженный до пояса Харальд, с мечами в обеих руках («характерная» техника боя[17]) бросается в гущу сражения.
Справедливости ради, нужно также упомянуть фильм «Erik the viking» (Великобритания, 1989 г.), хотя он относится уже к несколько другой категории объектов массовой культуры, о которой речь ниже – фильм снят в пародийном жанре. Его уникальность заключается в том, что по сюжету главный герой (сын конунга) и его ближайшее окружение являются берсерками, время от времени впадающими в боевую ярость. Сюжет построен на иронично-постмодернистском (в фильме снялись два участника труппы «Monty Python») обыгрывании викингских набегов и скандинавской мифологии. Характерна такая фраза отца-викинга, наставляющего своего сына перед набегом: «You'll never make a berserk. If you let it out now, you'll have nothing left for battle!».
Продолжая тему постмодернистских настроений, отметим еще один любопытный эпифеномен, выделившийся из среды развлекательных видеоблогов и появившийся перед пользователями youtube под заголовком «Regular Ordinary Swedish Meal Time». В череде видеоблогов о традиционной шведской кухне фигурирует молодой человек в бейсболке и с бородой, который, впадая в типичное боевое исступление, месит картофельное пюре кулаком, ест сырой мясной фарш, машет кухонным ножом и закусывает майонезом из баночки. Все это происходит под отрывистые выкрики на шведско-английском языке и лозунг «It’s good for you!». По всей видимости, зрителя отсылают к современным кулинарным телепередачам (т.н. cooking shows), с превалирующим мотивом ярости берсерка.
Разумеется, не оставались равнодушными к берсеркам и последователи направления «living history». Поистине, красочное зрелище представляет собой реконструкция междоусобного сражения норманнских отрядов, из гущи которых, вырываясь, бежит полуголый или одетый в звериную шкуру «берсерк» и бросается на авангард противника! Насколько исторична реконструкция этой тактики – судить самим историкам.
Заключение
Как видим, феномен берсерка получает повсеместные и, местами, весьма оригинальные трактовки в массовой культуре. Берсерками становятся и персонажи научно-фантастических романов, и герои компьютерных игр, и даже фигуранты скандальных газетных статей.
Налицо также и почти полное отсутствие сколько-нибудь глубоких или историчных трактовок этого феномена в литературе и кинематографе. Возможно, объяснить этот факт можно тем, что основная масса авторов и реципиентов попросту еще не знакома с этой страницей скандинавского эпоса. Возможно, сказывается недостаток фактического исследовательского материала. Берсерки пока еще не заняли прочных позиций и в изящных искусствах. Они еще ждут своего часа.
[1] «Большая советсткая энциклопедия», Советская энциклопедия, Т.2.
[2] «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона», Т.6, Терра 1992.
[3] Торбьерн Хорнклови «Песнь о Харальде или Речи Воина», IХ в.
[4]Снори Стурлусон «Круг Земной. Сага об Инглингах», XIII в.
[5] «Сага о Хрольфе Краки», Старшая Эдда.
[6] Статья Р.В. Мискина "Неистовые берсерки" для сайта buza.ru.
[7] Статья А.В. Иванова «Кое-что о воинах Руси, берсерках» для сайта mysenses.ru; статья «Берсерки:кто они?» для сайта goritsfighting.narod.ru; песня группы «Киборг» «Евпатий Коловрат».
[8] Х.Э. Дэвидсон «Древние скандинавы.Сыны северных богов», М., Центрполиграф 2008. Стоит оговориться, что изображений викингов-медведей пока не найдено, однако существуют древнегерманские находки с воинами-волками (клише из Торслунды, ножны из Гутенштайна).
[9] М. Элиаде «Тайные общества. Обряды, инициации и посвящения», М.-СПб., Университетская книга, 1999 (издана во Франции в 1959).
[10] Для этимологий и истории феномена см. статью А. Либермана «Берсерки. Героика и реальность» для сборника Т.Н. Джаксон.
[11] «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона», Т.6, Терра 1992.
[12] Sir W. Scott “The Pirate”, London, Edinburgh and New York, Thomas Nelson and Sons, 1905.
[13] R. Kipling “A Diversity Of Creatures”, Bibliobazaar, 2008.
[16] The Telegraph, 22 августа 2011.
[17]Б.В. Соколов «100 великих войн», М., Вече 2000, 2001. Соколов также считает, что берсерки страдали «особой формой эпилепсии» (глава «Завоевания викингов»).
2012
